Сочинение на тему «Грибоедовкая Москва».

грибоедовская москва

Перед вами сочинение на довольно сложную тему. Надеемся, оно вам понравится. Другие сочинения по произведению «Горе от ума» смотрите здесь.

Грибоедовская Москва.

После окончания университета, Грибоедов редко возвращался в Москву. Только в 1818 году, по пути в Персию, он увидел родной город, и Москва предстала перед ним в двойном свете — ностальгическом и реальном: прекрасные воспоминания о детстве столкнулись с неприглядной действительностью.

«В Москве всё не по мне. Праздность, роскошь, не сопряженные ни с малейшим чувством к чему-нибудь хорошему. Прежде там любили музыку, нынче она в пренебрежении; ни в ком нет любви к чему-нибудь изящному».

Тем не менее в «Горе от ума» Грибоедов стал и бытописателем, сатириком, и поэтом Москвы. Это произведение строится на развертывании действия в монологах и диалогах. Черты внешнего мира, элементы хронотопа, появляются здесь эпизодически, в ремарках и разговорах персонажей. Однако комедия Грибоедова и в данном отношении уникальна. Образ Москвы проявляется в ней «весомо, грубо зримо», в общих чертах и конкретных подробностях.

Заставочные ремарки дают общее представление о фамусовском доме, который часто представляют дворцом. На самом деле это скорее особняк барина-чиновника средней руки, к тому же стесненного в средствах.

«Гостиная, в ней большие часы; справа дверь в спальню Софии». В этой гостиной развертываются первые три действия, однако за счет других деталей атмосфера ее меняется: «Все двери настежь, кроме спальни к Софии. В перспективе раскрывается ряд освещенных комнат».

В четвертом действии, после окончания бала, действие перемещается в другое место, к выходу: «У Фамусова в доме парадные сени; большая лестница из второго жилья, к которой примыкают многие побочные из антресолей; внизу справа (от действующих лиц) выход на крыльцо и швейцарская ложа; слева, на одном же плане, комната Молчалина».

В репликах пространство фамусовского дома конкретизируется. Хлестова называет молчалинскую комнату «чуланчиком». Упоминание о совместной игре Молчалина и Софьи на фортепьяно, напротив, позволяет понять, что ее покои состоят из двух комнат: инструмент не мог стоять прямо в спальне. Названы также кабинет Фамусова и портретная (зал, где висят портреты предков). Дом делится на две части: мужскую и женскую: «А! знать, ко мне пошел в другую половину». На ночь окна дома изнутри запираются ставнями: «Ну что бы ставни им отнять».

Даже людей другой эпохи атмосфера фамусовского дома провоцировала на воспоминания. К. С. Станиславский, игравший Фамусова в спектакле Московского Художественного театра, достраивал пространство грибоедовской пьесы в воображении:

«Чтобы подробнее рассмотреть жизнь дома, можно приотворить дверь той или другой комнаты и проникнуть в одну из половин дома, хотя бы, например, в столовую и прилегающие к ней службы: в коридор, в буфет, в кухню, на лестницу и проч. Жизнь этой половины дома в обеденное время напоминает растревоженный муравейник. Видишь, как босые девки, сняв обувь, чтобы не замарать барского пола, шныряют по всем направлениям с блюдами и посудой…»

Жизнь за стенами фамусовского дома тоже представлена в конкретных деталях. Чацкий иронизирует по поводу аристократического «Английского клуба». Фамусов упоминает Кузнецкий Мост, место французских модных лавок, привлекавших модниц и разорявших отцов и мужей. Скалозуб косноязычно говорит о московских расстояниях, из-за которых древнюю столицу называли большой деревней («дистанции огромного размера»).

Но дело не только в деталях хронотопа. Образы постоянных жителей, гостей, знакомых фамусовского дома создают представление обо всей Москве, в которой наиболее отчетливо проявляются закономерности русской жизни накануне одного из самых значительных исторических переломов XIX века.

Время действия комедии определяется достаточно четко. Очевидно, что это десятилетие между окончанием Отечественной войны и восстанием декабристов. Это отстроившаяся после московского пожара («пожар способствовал ей много украшенью»), но сохраняющая свои традиции новая старая столица («дома новы, но предрассудки стары»).

Хронологические рамки «Горя от ума», однако, можно одновременно и сузить, и расширить.

В финале Фамусов угрожает отправить слуг «на поселенье», но такая ссылка, как заметили исследователи, с 1802-го до 1823 года была запрещена. Эта деталь позволяет отнести действие пьесы к зиме 1823–1824 года, то есть календарь пьесы практически совпадает с работой над комедией.

Однако это узкое календарное время – один зимний день вполне определенного года – художественно расширяется до изображения в комедии целой исторической эпохи, о чем хорошо сказал И. А. Гончаров:

«Как картина, она, без сомнения, громадна. Полотно ее захватывает длинный период русской жизни – от Екатерины до императора Николая. В группе двадцати лиц отразилась, как луч света в капле воды, вся прежняя Москва, ее рисунок, тогдашний ее дух, исторический момент и нравы. <…> В картине, где нет ни одного бледного пятна, ни одного постороннего, лишнего штриха и звука, – зритель и читатель чувствуют себя и теперь, в нашу эпоху, среди живых людей. И общее и детали, все это не сочинено, а так целиком взято из московских гостиных и перенесено в книгу и на сцену, со всей теплотой и со всем «особым отпечатком» Москвы, – от Фамусова до мелких штрихов, до князя Тугоуховского и до лакея Петрушки, без которых картина была бы не полна» («Мильон терзаний»).

Причину же выбора барской Москвы как модели русской жизни объяснил позднее, уже в нашем веке, историк E. Н. Цимбаева:

«Что выделяло Москву во всей остальной России, делало ее незаменимой для развертывания событий национальной русской комедии? <…> Москва отличалась одним общепризнанным качеством: в ней наиболее ясно проявлялись самые общие принципы устройства дворянского мира, без петербургских или оренбургских крайностей. В Москве значение родственных связей, чинов и денег выступало в некоей неразрывности и гармонии. Объективная картина повседневной жизни дворянской России естественнее всего выявлялась именно в Москве».

После «Горя от ума» понятие грибоедовская Москва стало нарицательным. Для большинства героев пьесы это привычное место обитания. Отношение же к Москве главного героя, Чацкого, вернувшегося в город после скитаний, резко меняется. Он спешит сюда полный надежд.

Жить с ними надоест, и в ком не сыщешь пятен?

Когда ж постранствуешь, воротишься домой,

И дым Отечества нам сладок и приятен!

Герой возвращается в Москву как в любезное отечество. Здесь его ждут любимая девушка, другие, памятные с детства, люди, дом, в который, вопреки всяким приличиям, можно ворваться ранним утром.

Ах! Боже мой! ужли я здесь опять,

В Москве! У вас! Да как же вас узнать!

История отрезвления, разочарования Чацкого – всего за один день! – и становится сюжетом пьесы.

Вам может пригодиться...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *