Текст изложения «Встреча с Пушкиным» – Русский язык – 9 класс

изложение встреча с пушкиным

Перед вами текст изложения по русскому языку «Встреча с Пушкиным». Текст предназначен для учеников 9 класса.

Встреча с Пушкиным

Случилось нечто необыкновенное. Я уснул, но мой сон оказался продолжением жизни, будто я просто перешел с одной улицы на другую, — и все. И слова мне слышались те же, точно я еще раз повторял стихи, которые мы прочитали, как бы соревнуясь с Вовкой.

«На звонкое дно, в густое вино заветные кольца бросайте!» — слышал я, и, как эхо, отзывалось во­круг: дно! вино!

А потом выплывали новые слова, совершенно за­мечательные: «Что смолкнул веселия глас?»

Мы идем с Вовкой по улице, неподалеку от биб­лиотеки перебрасываемся, словно цветными мяча­ми, прекрасными выражениями и только торжест­венно улыбаемся друг другу, но не смеемся — смеяться нельзя: это грех, бесстыдство, над такими сло­вами невозможно смеяться, им можно лишь при­ветливо улыбаться, как цветам, как уважаемым старшим друзьям, и тут я чувствую чей-то взгляд.

Мне не по себе. Кто-то смотрит на меня очень пристально, а я как пришитый к Вовке, талдычу: «Да голос мой душе твоей дарует то же утешенье!» Вот так-то, мой первый друг, мой друг бесценный! Но Вовкины глаза округляются, будто фары. Он смот­рит куда-то за мою спину, и я наконец с трудом ос­танавливаюсь и поворачиваю голову.

Боже! Скрестив руки, у стены стоит Пушкин в одном фраке, и на голове ничего нет. А на улице же зима, подвывает ветер, и снежная пурга сыплется в кудрявые волосы.

Мы замираем, не имея сил спросить Александра Сергеевича о чем-нибудь важном, я просто тара­щусь на него, а он усмехается и тоже молчит.

Молчать, я знаю, глупо, надо скорее завязывать разговор, чтобы Пушкин не обиделся на такое не гостеприимство, и я наконец говорю:

— Вам не холодно?

Он не отвечает, но мотает головой: не холодно.

Странно, ведь зима.

гостеприимство, и я наконец говорю:

—  Александр Сергеевич, — прошу я, почитайте стихи.

Но Пушкин отворачивается, недовольно косит на меня глазом.

И вдруг собралась толпа, все останавливаются, никто не проходит мимо, и выглядит это не очень здорово, потому что все в шубах и шапках, а возле стены стоит раздетый Пушкин, словно его ограбили.

И тогда мне в голову приходит отличная мысль. Я снимаю шапку и протягиваю поэту:

гостеприимство, и я наконец говорю:

— Наденьте! Вам холодно!

Я готов снять и леопардовую шубу, американский подарок детям заснеженной России, но поэт делает жест рукой, который означает: ему ничего не нужно.

гостеприимство, и я наконец говорю:

— Тогда почитайте! — прошу я, и вся толпа канючит то же самое

И Пушкин наконец говорит. Нет, нет он не говорит, он просто шевелит губами, голоса не слышно, но я понимаю, что он отвечает на просьбу толпы:

гостеприимство, и я наконец говорю:

— Теперь — я узнаю по губам — ваше время.

Но что это значит? Конечно, наше, какое же еще! И на улице зима. И где-то там, далёко от нас, гремят бои. Идет Великая Отечественная война.

И вдруг я Слышу Вовкин голос. Пушкин смотрит, улыбаясь, на моего первого друга, и все поворачива­ются к Вовке, а он, как заслуженный артист республики, читает стихи, которые отыскал еще вчера:

Пора, мой друг, пора! Покоя сердце просит…

Все хлопают, и Александр Сергеевич тоже. Он улыбается Вовке, а тот резко опускает голову, потом плавно поднимает ее (так кланяются артисты), и вдруг я слышу голос Татьяны Львовны, библиотека­ря, у себя под ухом:

гостеприимство, и я наконец говорю:

— Вот видишь, — говорит она, — а ты хотел его учить. И я понял, что она была нрава: Пушкина не учить надо, Пушкина надо любить! Как Вовка, как Татьяна Львовна.

Вам может пригодиться...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *